Гипотез о том, почему рухнула Римская империя, десятки. Кто-то винит в упадке Рима свинцовые трубы, по которым разводилась в Риме вода, постепенно отравлявшая римлян ядовитыми соединениями тяжелого металла; кто-то полагает главной виновницей крупную эпидемию малярии, прокатившуюся по империи в V веке нашей эры; кто-то считает, что римлян сгубила роскошь. Последняя гипотеза почему-то самая популярная. Мол, захватив весь мир, римляне зажрались, обленились, погрязли в разврате, потеряли волю и были раздавлены варварами… В общем, избыток богатства погубил первый проект объединенной Европы.
А некоторые проводят между Древним Римом и нашей цивилизацией удивительные параллели, видя в некоторых чертах современного мира приметы скорого упадка. Скажем, как и наша, римская цивилизация была очень урбанизированной, и перед самым закатом римские гражданки почти совсем перестали размножаться. Римлянки предпочитали вместо детей заводить комнатных собачек… А еще Рим стремительно варваризировался. На кладбищах поздней империи римских имен меньше, чем варварских. Толпы гастарбайтеров из стран третьего мира заполонили метрополию…
А еще был в предкризисном Риме расцвет противоестественных сексуальных отношений, к которым поздние римляне стали относиться очень терпимо — прямо как сегодняшний Запад… А еще тяжкое бремя социальных выплат — бесплатные раздачи хлеба, вина и денежных пособий безработному уже в нескольких поколениях плебсу. Число таких нахлебников в миллионном Риме достигало 700 000 человек! Но насколько правомерно проводить подобные аналогии? И почему все-таки рухнула великая цивилизация древности? Или, может быть, лучше поискать естественно-экономические причины?
Об этом мы беседуем с Егором ГАЙДАРОМ.

— Егор Тимурович, наша европейская цивилизация — прямое продолжение античной. Почти все европейские языки имеют в своем основании латынь. Современная юриспруденция основывается на римском гражданском праве… И тем не менее столь многообещающая цивилизация рухнула.
— Действительно, успешность европейской цивилизации во многом связана с институциональным наследием античности. Нужно только четко понимать, что античная цивилизация была цивилизацией аномальной, нетипичной для Древнего мира.
Весь тогдашний мир — это мир аграрный. А важнейшая черта аграрной империи – специализация. Одни люди занимаются в ней мирным крестьянским трудом. Другие их «крышуют». Эти вторые — знать, правящий класс. Крестьянину выгодно без боя отдать часть урожая своей «крыше» и делегировать ей все военные разборки с другими возможными захребетниками… А «крыше» тоже выгодно защищать крестьян: она получает постоянный источник дохода.
Античная цивилизация уникальна тем, что функции крестьянина и воина в ней не были разделены. Одни и те же люди и крестьянствовали, и воевали. Эта странность обусловлена географическими условиями Средиземноморья — изрезанность побережья; обилие островов, бухт, окруженных горами; практически полное отсутствие приливов, облегчающее судоходство… Здесь легко обороняться. Легко скрыться в горах, если оборона невозможна. Легко наладить морскую торговлю. Большие аграрные империи моря не любят и в прибрежные зоны особо не суются.
Чтобы организовать оборону, свободным воинам-крестьянам нужна скоординированность действий. Скоординированности можно достичь, просто собравшись в одном месте и договорившись о чем-то. Это место — площадь. Площадь внутри защищенного поселения, где можно легко организовать оборону, например, обнеся поселение стенами. Это и есть город. Получается, что античная цивилизация — это: а) городская, б) демократическая цивилизация.
Подобный образ жизни диктовал определенные отношения и обычаи. Нет специализации на насилии — значит, нет никакой властной верхушки, которая отнимает часть произведенной тобой продукции. Ты свободен. Ты сам себе хозяин. С такими же свободными, как сам, ты договариваешься о том, какую часть средств вы готовы выделить на общественные нужды, если это необходимо. Избрание на общественную должность — неоплачиваемая почетная обязанность. Поэтому прямых налогов нет. Любой налог, о котором с тобой заранее не договорились, воспринимается как насильственное изъятие и покушение на твою личную свободу. Почему я должен кому-то что-то отдавать? Я разве раб? В конце концов, у меня есть меч, и тот, кто захочет отнять мое…
Согласитесь, психологически это совсем другое общество!
— Аграрная империя держится на насилии и принуждении. А античная демократия на чем? Ведь договороспособность людей ограничена. И чем больше народу собирается на площади, тем меньше шансов у них договориться.
— Закон… Демократия, закон, общественная договоренность о допустимых налогах — вот те черты, которые передались по наследству европейской цивилизации. В этих институтах была сила Рима и его слабость: завоевать империю с помощью универсальных крестьян-воинов можно. Удержать — нет. Крестьянин может воевать короткое время — в промежутке между сбором урожая и посевом следующего. А чем больше становился Рим, тем дольше затягивались войны. И стало ясно, что нужна профессиональная армия. Войны стали мешать сельскому хозяйству.
А как только появляется профессиональная армия, исчезает нужда в демократии. Зачем теперь вообще о чем-то договариваться с крестьянами? Во главе государства становится человек, угодный армии. Император. Профессиональные военные хорошо знают, что такое дисциплина и единоначалие, хуже понимают, что такое демократия.
— Ну хорошо. Сменилась структура управления страной. Раньше был сенат, теперь стал император. Но почему распалась империя?
— Древний Рим стал похож на обычную аграрную империю и распался по той же причине, по которой периодически распадаются аграрные империи — из-за налогового переобложения крестьян. Не от излишнего богатства Рим рухнул. Он финансово надорвался. Исторический опыт давно показал, что доля, которую можно безболезненно изъять у крестьянина, не разрушая основы сельского хозяйства страны, составляет при том уровне технологий примерно 10%. Та самая десятина, которая упоминается и в Библии, и в Коране.
Но содержание профессиональной армии стоит дорого. Больше половины бюджета древних аграрных империй уходило на военные нужды. Рим начала новой эры обходился 150-тысячной армией. А в V веке в римской армии было уже 500 000 человек! Полмиллиона ничего не производящих людей плюс их жены, дети… Плюс закупка вооружения для армии, плюс длинные коммуникации — те самые знаменитые римские дороги…
— Почему же за три-четыре века так выросла нужда в армии?
— Росла империя — росли границы, росла армия. Это во-первых. Во-вторых, опыт всех империй показывает, что военные инновации высокой цивилизации быстро проникают к варварам. То есть разница в уровне военной организации между империей и ее дикими соседями постоянно падает. В-третьих, выйдя на свои естественные границы, Римская империя исчерпала потенциал рентабельных войн: все богатые соседи были уже завоеваны, за пределами ойкумены остались только дешевые варвары. Их завоевывать нерентабельно: взять нечего. Напротив, приходится даже приплачивать варварам, чтобы они вели себя спокойно и не тревожили границ империи.
— Скажите мне, история — штука закономерная или в ней главную роль играют случайности? Это я вот к чему… Некоторые исследователи полагают, что весь облик нашего мира кардинально изменился бы, если бы давным-давно в борьбе двух типов цивилизации — римской и карфагенской — победил Карфаген.
— Думаю, с победой Карфагена для нашего мира ничего бы принципиально не изменилось. Карфаген был наследником финикийской традиции, которая была близка античности. Так что это была конкурентная борьба «Мерседеса» и «БМВ», а не «Мерседеса» и восточной арбы. Именно влиянию античности мы обязаны тем, что европейская цивилизация вырвалась вперед на пути прогресса, и теперь весь остальной мир старается перенять ее социальные институты для успешного развития экономики. Зерна античности упали в европейскую почву и через несколько сотен лет проросли в то, что мы называем капитализмом, либерализмом…
— А как вы относитесь к частым ныне параллелям между Древним Римом и современной земной цивилизацией? Многие полагают, основываясь на этих параллелях, что наследник античности — Запад — умирает.
— Все подобные параллели бесконечно поверхностны. Наш сегодняшний мир стократ сложнее мира древнего. Он давно уже не аграрный. И даже не промышленный. Социум стал многомернее. Аграрный мир — это мир статичный. Это мир традиции. А постиндустриальная цивилизация давно не такова. В ней все меняется очень быстро, а главное — труднопрогнозируемо.
Если и есть какие-то схожести между реалиями современного мира и мира Римской империи времен заката, они не больше свидетельствуют о сходстве внутреннего содержания, чем внешнее сходство между самолетом и планером.
— Значит, мы не погибаем?
— Нет, мы эволюционируем.

Александр НИКОНОВ.