Прямая речь

Интенсивность реформ за последние полтора года была очень высокой именно с учетом высоких цен на нефть. Да, обычно нефтяные цены развращают. И я опасался, что появившаяся возможность будет бездарно промотана. Пока этого не произошло… Но ведь это только иллюзия - то, что все реформы можно проводить одновременно…
Способности любого правительства ограничены. Реформа - это каждый раз тяжелая техническая задача, включающая разработку документов, поиск компромиссов, создание политической коалиции. Важно определить приоритеты. Был период с мая по июнь 2000 года, когда правительство работало очень эффективно по очень серьезным направлениям. Второй этап - после лета и по апрель 2001 года. Тогда пытались действовать так: все одновременно. Ничего не получилось. В апреле подошли к ситуации, когда масса реформ была задумана, но из правительства не вышли ни законопроекты по пенсионной реформе, ни важнейшие новые главы Налогового кодекса, ни Земельный кодекс. В апреле ситуация изменилась, когда правительство сумело сосредоточить усилия вокруг набора приоритетных реформ.

Самое разумное вложение сегодня в России - это не вложение в инфраструктуру, в строительство мостов, самое разумное вложение - это вложение в проведение тех реформ, которые необходимы для улучшения общего инвестиционного климата. Скажем, я убежден, что вложения в судебную систему, которая с течением времени, можно надеяться, будет работать более или менее эффективно, неизмеримо важнее, чем строительство любого тоннеля или моста.

Вопрос: но возможность проведения такой политики связана с благоприятными ценовыми факторами, имеющимися сейчас. Между тем можно прогнозировать, что ситуация будет меняться, и она уже меняется. Что будет тогда?
Тогда придется менять акцент реформ. Ведь реформа реформе рознь. Есть реформы, требующие денег (как судебная реформа - там действительно в первую голову необходимы существенные деньги, чтобы судебная система была независима от региональных властей, чтобы судьи получали прилично), а есть реформы, которые денег никаких не просят, более того - деньги экономят. По странному стечению обстоятельств, эти реформы в условиях высоких цен на нефть почему-то очень слабо продвигаются. Вот, скажем, правительство, в общем, активно обсуждало вопрос о программе реструктурирования бюджетных расходов. Есть масса направлений, где бюджетные средства очевидно тратятся неэффективно. Подготовлен был довольно большой круг документов и предложений. Но так как сейчас правительство не находится под мощным давлением нехватки денег, то разговоры в общем идут, поручения даются, но по программе сокращения расходов в основном ничего не сделано… И, к сожалению, пока не будет мощного давления со стороны, ограничения доходов, скорее всего, не будет.

Ну, что ж говорить - реформы ведь в первую очередь проводятся не тогда, когда кому-то захотелось, а тогда, когда нет возможности их избежать. И если будут более низкие цены на нефть, - а я убежден, что для России цена на нефть $18 за баррель гораздо плодотворней, чем цена $25, - то надо будет смотреть, как мы тратим деньги на дорожное строительство, что у нас такое бюджетная сфера, почему у нас до сих пор не переведено на бюджетное исполнение реальное финансирование частей и подразделений Министерства обороны? Что у нас делается в области финансирования образования и здравоохранения, насколько эффективны закупки лекарств, и многое-многое другое. И тогда, соответственно, придется менять акценты - с тех реформ, которые требуют больших денег, на те реформы, которые позволяют эти деньги экономить, и уже в той мере, в какой они позволяют их экономить, тратить их на то, что требует денег.

Егор Гайдар

(Полит.Ру; Известия, ноябрь 2001 года)