Прямая речь

Никто до сих пор не проанализировал, на чем построены расчеты прокуратуры, легшие в основу нового обвинительного заключения по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Выводы экспертов The New Times опровергают не только подсчеты, но и саму методику, избранную следователями Генпрокуратуры, на основе которой и было предъявлено новое обвинение.

- Правило "вытянутой руки" -
Генеральная прокуратура предъявила Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву новые обвинения. Если суд их поддержит, им грозит дополнительный срок заключения. Ко мне обратились адвокаты Михаила Ходорковского с просьбой прокомментировать экономическую суть представленных материалов.
Если не входить в юридические детали, обвинительное заключение состоит из двух частей. Первая - создание частной компании "ЮКОС", контроль над которой перешел к Михаилу Ходорковскому и его коллегам. Вторая - использование "ЮКОСом" механизмов трансфертного ценообразования для сокращения налоговых обязательств. По оценкам Минэнерго России, в 1999 году более 90% продаваемой российскими компаниями нефти реализовывалось по трансфертным ценам

(Трансфертная цена - это цена, которая устанавливается внутри корпорации для расчетов между дочерними предприятиями, которые нередко находятся в разных странах. Эта цена почти всегда отклоняется от рыночной в ту или иную сторону, за счет чего нефтяным компаниям удается оптимизировать распределение прибыли между различными своими предприятиями. Эти схемы позволяли и минимизировать налоги. 1 января 2002 года была введена новая глава Налогового кодекса, которая исключила возможность применения этих схем для ухода от налогов.)

Скажу сразу: практика применения трансфертных цен международными компаниями отнюдь не российское изобретение. Там, где национальное законодательство это позволяет, нефтяные компании пытаются минимизировать налоги. Правительства с этой практикой пытаются бороться. Организация экономического сотрудничества и развития, объединяющая наиболее развитые страны мира, активно занимается этой проблемой. Стержень разработанных ею рекомендаций

- правило "вытянутой руки": цены корпоративных сделок следует сравнивать с теми, по которым реализуют продукцию компании, не связанные друг с другом отношениями собственности. Этот принцип российские власти пытались закрепить в общей части Налогового кодекса. Сделано это было неудачно.

Я и мои коллеги потратили немало времени и сил, чтобы изменить формулировки этих статей, сделать их работающими. По политическим причинам, в том числе из-за влияния нефтяного лобби в парламенте, добиться этого в девяностых годах не удалось. Именно потому, что занимался этой темой, считаю себя вправе высказать свое мнение по сути предъявленных Михаилу Ходорковскому претензий. Убежден: в то время, к которому относятся сюжеты обвинительного заключения, в соответствии с действующим законодательством эти сделки были легальными. Подтверждение тому - специальное разъяснение Министерства экономики РФ от 18 августа 1999 года № 7-922 "Об определении цен на нефть и нефтепродукты для целей налогообложения": "Согласно пункту 1 статьи 40 Налогового кодекса РФ от 31 июня 1998 г. № 148-ФЗ для целей налогообложения принимается цена товара, работ или услуг, указанная сторонами сделки". Стороны сделки - материнская компания "ЮКОС" и ее дочерние структуры - делали ровно это: договаривались о "цене товара, работ или услуг". Хорошо это или плохо - другой вопрос. Но это было по существующему тогда законодательству легально и государством не оспаривалось. Теперь же это ставится Ходорковскому и Лебедеву в вину.

Прокурорские - цены на нефть -
Значительная часть материалов обвинительного заключения состоит из перечисления цен, по которым нефть продавали в рамках внутрикорпоративных сделок, их сопоставления с ценами мирового рынка. В соответствии с положениями Налогового кодекса РФ при определении и признании рыночной цены товаров, работ или услуг могут использоваться только официальные источники информации о рыночных ценах на товары, работы или услуги и о биржевых котировках. Вопрос о том, с какими ценами сопоставлять внутрикорпоративные контракты, - предмет дискуссии специалистов. Российская судебная система выносила по этому поводу противоречивые решения. Можно привести примеры постановлений суда о том, что информацию государственных органов статистики об уровне цен можно использовать как точку отсчета при определении обоснованности внутрикорпоративных цен. Нетрудно найти и противоположные решения. Это предмет дискуссии. Но в обвинительном заключении речь о другом: за точку отсчета взяты цены мирового рынка. Отклонение от них - свидетельство совершения преступления. То, что цены на нефть и газ в России отличаются от мировых, в нашей стране, думаю, знает большинство школьников. Неудивительно, что об этом осведомлены и судебные инстанции. (Вот конкретный пример - постановление кассационной инстанции, федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22 октября 2001 года № Ф04/3210-335/ А81-2001: "Реализация нефти на экспорт и на внутреннем рынке экономически несопоставимы, поэтому истец правомерно определил цену нефти без учета экспортных цен".)
Дело - в цене транспортировки нефти и газа до потребителей, ограниченности транспортных мощностей, действующей системе квотирования вывоза нефти, экспортных пошлинах на углеводородное сырье. Государственные нормативные акты, обязывающие компании устанавливать цены контрактов на уровне мировых, действующие в годы, к которым относится обвинительное заключение, автору этих строк неизвестны.
Еще раз подчеркну: мне не нравится редакция 20-й и 40-й статей Налогового кодекса. Но события, описанные в обвинительном заключении, происходили либо во время, когда эти статьи действовали, либо тогда, когда вопросы трансфертного ценообразования были с правовой точки зрения нашим законодательством урегулированы еще хуже.
В представленном прокуратурой документе приведены данные о низких ценах, по которым в 1998 году предприятия "ЮКОСа" реализовывали нефть. Они колеблются в диапазоне 250-435 рублей за тонну. Их сопоставление с мировыми ценами на нефть марки Urals - элемент доказательства преступной деятельности Михаила Ходорковского и его коллег. Но если обсуждается вопрос о ценах реализации нефти в России, разумно сопоставить их с теми, которые фиксировал официальный статистический орган государства - Росстат. За тот же период они, по его сведениям, составляли 339 рублей за тонну.
Приведенные в обвинительном заключении данные свидетельствуют, что "ЮКОС" пользовался схемами, позволяющими сократить уровень налоговых обязательств, использовал внутренние офшоры, в том числе мордовский. Это неприятно, но факт остается фактом: в те годы государство санкционировало создание внутренних офшоров в России. Многие компании использовали их для сокращения налоговых обязательств. "ЛУКОЙЛ" недавно заключил сделку с налоговыми органами, компенсировав средства, сэкономленные за счет использования операций, оформленных через Байконур. И, как писали СМИ, "после добровольной выплаты государству $103 млн за использование байконурской схемы минимизации налогов "ЛУКОЙЛ" объявил об отказе от любых, даже разрешенных законом налоговых схем". Руководство компании уголовному преследованию не подверглось. Приходится напомнить: избирательное применение закона (одним можно, а другим нельзя) - это прямая угроза правам и свободам в нашей стране, что неизбежно скажется и на экономическом росте.
История России ХХ века - печальный памятник принципам революционной "законности", когда право было подменено целесообразностью. Документы, представленные Генеральной прокуратурой по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, свидетельствуют: к сожалению, это не только наше прошлое. Риски от возобновления подобной практики невозможно переоценить.

Из заявления Генеральной прокуратуры: "В период 1998-2003 гг. Ходорковский и Лебедев совершили хищение нефти ОАО "Сама-ранефтегаз", ОАО "Юганскнефтегаз" и ОАО "Томск-нефть" на общую сумму более 850 млрд рублей. Преступная группа завладела ею обманным путем под видом так называемой сква-жинной жидкости, а затем перепродала ее конечным потребителям по цене выше себестоимости примерно в 3-4 раза через подконтрольные фирмы. Эти компании были зарегистрированы как в России, так и за рубежом специально для реализации схемы продажи похищенной нефти и оставления части вырученных средств за границей. В результате этого было легализовано в 1998-2004 гг. 450 млрд рублей и 7,5 млрд долларов США".